Как пахарь на краю поля


У памяти каждого человека есть самый первый день. И как знать, может, этим днем, а не датой рождения и перелистывается начальная страница книги жизни…

Солнце уже спряталось за лесом, когда в их дом с оружием в руках вломились пятеро бандитов. Отец, колхозный бригадир, сидел за столом и заполнял ведомость выхода сельчан на работу. Валентин Михайлович попытался встать, но грязный, заросший щетиной пришелец из леса придавил его плечо стволом автомата: «Сиди!» Другой, щелкнув затвором, поставил к печке маму, Зенона и его сестру. Лицо у мамы белее побелки. Когда–то «лесные братья», нагрянув на их тихий хутор, вывели из хлева корову. Хозяйка пыталась вырвать из рук бандита веревку, накинутую на коровьи рога. Страшный удар прикладом в грудь опрокинул ее на землю. После этого Сабина Иосифовна долго болела. Но это было в первые послевоенные годы. Теперь же на календаре 1952 год…

Хлев пустой. Вся живность — десяток кур да кошка — в доме. Что ни заведи, все равно «лесные братья» заберут, как свое. Вот и жила их семья без молока, без мяса и сала. Держались на бульбочке да на том, что давал огород. Под страхом получить пулю от бандитов, нищенствуя и голодая, жили все хуторяне деревни Можейки Поставского района. Лес, подступающий к их усадьбам, тянулся до самой границы с Литвой. Для бандитов он был родным домом. И выкурить их оттуда долгое время не удавалось ни милиции, ни военным.

Перевернув весь дом, запихав в мешки награбленное (один бандит обнаружил хромовые сапоги. Тут же переобулся, а к ногам отца швырнул свои обноски: «Носи!»), рассовав по сумкам продукты, бандиты как ввалились в дом, так и вывалились из него. Как будто некая неведомая сила отвела косу смерти, уже занесенную над их семьей. Пройдет еще лето, и с бандитами будет покончено.

В семье Ловкис об этом драматичном эпизоде вспоминать не любили. Но в памяти Зенона Валентиновича он так и останется ожогом, которому никак не затянуться тонкой кожицей.

В четырнадцать лет Зенон (он вымахал выше отца на голову) мог исполнить любую крестьянскую работу. Причем не хуже взрослого. К нему рано пришло понимание того, что, не став человеком труда, не будет и смысла жизни. Да и биография не сложится сама по себе. Зенона Ловкиса не смущало, что дорога, которую он выбрал после Яревской семилетки, много раз протоптана такими же, как и он, сельскими парнями. Для него она была первая. А первая — всегда единственная, неповторимая. И он был уверен, что осилит эту дорогу. Так и получилось.

Городокский техникум механизации и электрификации сельского хозяйства Зенон Ловкис окончит с отличием. А срок обучения, между прочим, почти как в вузе: без малого 5 лет. Знания будущие техники–механики получали основательные. А к ним в довесок осваивали профессии водителя, механизатора широкого профиля, токаря и электрогазосварщика.

Распределили дипломированного специалиста в колхоз имени Мичурина Поставского района. В хозяйстве было 24 трактора. Конечно же, техника неновая: латаная–перелатаная, битая–перебитая… Но скидки на это никто не делал. Моторы должны рокотать, а колеса и гусеницы — вращаться. Командовал механизаторами бригадир Михаил Побединский. Четыре класса начальной школы — все его университеты. Технику он постигал природным чутьем и опыт имел огромадный. В середине шестидесятых в хозяйствах района было всего лишь 6 специалистов со средним специальным образованием. С высшим — ни одного. Но только ученостью уважения не добьешься. В деревне человека ценят по умению делать свое дело так, как не сделает его никто другой. Зенона испытывали всерьез. Начали с регулировки топливного насоса. Операция эта далеко не простая. И когда он безукоризненно выполнил ее, оценили механика по достоинству. В разгар посевной у сеялки полетела муфта. Пока привезешь ее из области, потеряешь дня два. Механик Ловкис собрал обломки, сделал замеры и выточил на токарном станке муфту, точь–в–точь как заводскую. А когда инженер–механик переварил насквозь проржавевший автомобиль и оживил двигатель, механизаторы стали обращаться к нему не иначе как Валентиныч. С председателем колхоза Михаилом Корнеевым случилась беда: с переломами ног попал в больницу. А тут сев на носу. Вызвали Зенона Ловкиса в райком партии. «Пока председатель в больнице, вам придется возглавить хозяйство. Больше некому. А главное — посевную надо провести», — обратился к Зенону Валентиновичу первый секретарь райкома партии Федоров. «Но мне пришла повестка в армию. Я и подстригся уже под «нулевку», — возразил инженер-механик. «Ну это мы уладим», — заверил Ловкиса первый секретарь. И при нем позвонил военкому. Дали отсрочку до осени.

Когда председатель выписался из больницы, он первым делом объехал колхозные поля. «За твою работу, — скажет он Зенону Валентиновичу, — ставлю «пятерку». И мой тебе совет: поступай в институт. Армия никуда не денется…»

В приемной комиссии БИМСХа документы у Ловкиса не взяли. Пятница: рабочий день закончился. Он сел в поезд и уже утром был в Москве. «Вы опоздали, молодой человек. Документы не принимаются», — скажут ему в приемной комиссии Московского института инженеров сельскохозяйственного производства имени В.П.Горячкина. «А это мы еще посмотрим!» — с вызовом подумал Зенон Ловкис и решительно направился в кабинет декана факультета организации и технологии ремонта машинно–тракторного парка. Объяснив, кто он есть, положил на стол декана диплом, характеристики. Декан изучил документы и, улыбнувшись, сказал: «Считайте, что вы уже студент нашего института. У вас экзамены принимала жизнь. И вы их сдали. Сдадите и вступительные». После такого морального аванса сдача экзаменов, что вдох–выдох.

Учиться было легко. Ведь многое из того, что читалось на лекциях, Зенон Валентинович уже применял на практике. А вот с бытом посложнее: на одну стипендию в Москве не прожить. Родители и рады бы помочь студенту, да нечем. Зенон всегда всего добивался сам. Когда учился в техникуме, раз в неделю разгружал на станции вагоны. А в Москве работал по ночам кочегаром, охранником. Зарабатывал и на еду, и на одежду. И на все у него хватало сил и желания. Но вот и окончен институт. Как богатырь из былины, встал Зенон Ловкис на распутье: работа по специальности (запрос из Витебска)? Служба офицером в ГДР? Аспирантура? Какое–то мощное, как призыв, чутье твердило, что быть ему ученым. Он не ослушался и выбрал аспирантуру. В 1975 году Зенон Валентинович станет кандидатом технических наук. Объект исследования: гидравлические навесные системы. Как педагог и ученый Зенон Валентинович быстро набирал высоту. Старший преподаватель. Доцент. Он создал в институте свою лабораторию и руководил исследованиями молодых аспирантов.

До развала Советского Союза оставалось еще 9 лет, когда семья Ловкиса переехала из Москвы в Минск. Так сложились обстоятельства. А они, как известно, сродни судьбе. И чаще всего не ругать их надо, а благодарить…

Девять лет по меркам космоса, как вспышка молнии. Но как много поместилось в этой вспышке! В Белорусском институте механизации сельского хозяйства (теперь БГАТУ) Зенон Ловкис стал известным ученым в области теории гидравлики и гидропривода. В 1990 году защитит докторскую диссертацию. Профессор Ловкис сформирует свою научную школу (из–под крыла ученого вышли 29 кандидатов технических наук и один доктор).

Вроде все в жизни складывается успешно. Однако успех, стабильное положение относят от стремнины к берегу. Хочется перевести дыхание. Но это не в характере Зенона Валентиновича… Его назначат начальником главного управления образования и кадров Министерства сельского хозяйства и продовольствия. Четыре вуза, 30 техникумов и колледжей, Институт управления АПК, учебные центры — вот поле деятельности ученого, педагога и организатора Зенона Ловкиса. Он проложит на нем свои борозды. Но самое главное: реорганизует техникумы–совхозы в колледжи и спасет их.

Когда Зенону Валентиновичу поручали тяжелое и ответственное дело, он, не думая о себе, отдавал ему и физические силы, и ум, и талант организатора. А здоровье, отдых, слава мало его заботили. Создание научно–исследовательского и проектно–конструкторского института в системе концерна «Белгоспищепром» (2000 г.) — новая страница в биографии Зенона Ловкиса. И, пожалуй, самая яркая.

Чтобы институту быть, решение принималось на самом верху. И здание выделили на улице Козлова. Правда, вид у него был удручающий. Вместо стекол — фанера. Отопление и канализация не работают. Повсюду битый кирпич, грязь, мусор… Чтобы вдохнуть в здание жизнь, понадобятся миллионы рублей. Но финансирование откроется только в следующем году. Как быть? Взять в банке кредит? Только не это. Все, что потом заработаешь, пойдет на погашение процента. На заводе шампанских вин Зенон Валентинович возьмет в долг 15 миллионов рублей. Закупит сантехническое оборудование. Но специалисты откажутся его устанавливать. Мол, в нашей организации и так дел выше крыши. Найдет Зенон Валентинович двоих толковых электрогазо­сварщиков. Уговорит их взяться за работу. А по выходным дням и сам будет с ними трудиться. Руки помнят любую работу…

К наступлению холодов здание оживет и примет сотрудников института (теперь это Научно–практический центр НАН Беларуси по продовольствию). Пройдут годы, и от казенных стен останется одно лишь название. Уют, красота, чистота и порядок царят везде и всюду. Это кислород обитания. Сотрудникам центра на работу хочется идти. И не просто по долгу службы, а с радостью. Исследовательские лаборатории оснащены самыми современными приборами и оборудованием. Обстановка творческая. Здесь способны признать ценность личности. Зарплаты высокие. И квартирный вопрос не висит над молодыми сотрудниками, как дамоклов меч…

Продовольственная безопасность страны — стратегическая задача. А безопасность продовольствия — тактическая. На каждый день. Используя научные исследования для создания новых продуктов питания, разрабатывая технологии, центр по продовольствию как раз и решает эти проблемы. За 15 лет разработаны и внедрены сотни проектов на производства, которые раньше не существовали. Создано свыше 9 тысяч новых видов продуктов питания. Они конкурентоспособны, качественны и безопасны.

Более 470 научных трудов, среди которых 14 книг и учебников, 103 патента на изобретения — это личный вклад ученого Зенона Ловкиса. Зенон Валентинович создал и редактирует журнал «Пищевая промышленность: наука и технология».

«Здоровье нации — в здоровом питании» — здесь не просто лозунг. Наукой доказано, что продолжительность жизни человека на 60% зависит от питания. И вовсе не для красного словца говорится, что человек есть то, что он ест. На базе центра создан контрольно–испытательный комплекс, который определяет качество и безопасность продуктов питания. Веское слово всегда остается и за техническим комитетом по стандартизации. Научно–практический центр по продовольствию существует для человека. И во благо человека. Вот за это Зенон Валентинович и больше всего гордится своим детищем. Сейчас центр в основном решает задачи масштабные. Но недалек тот час, когда он вплотную приблизится к отдельно взятому человеку. Достаточно иметь анализы, и с точностью до грамма будет расписано: какие продукты употреблять, сколько и когда. Каждому персонально и на каждый день.

…В этом году генеральному директору Научно–практического центра по продовольствию, члену–корреспонденту НАН Беларуси, заслуженному деятелю науки Зенону Валентиновичу Ловкису исполнится 70 лет. Полвека из них отдано служению науке и производству.

Хорошо, когда на прожитые годы, как пахарь на краю поля, можно взглянуть со спокойной совестью. Хорошо, когда все дороги сливаются в одну. И она уходит вдаль.

Леонид ЕКЕЛЬ.Фото автора.

«Советская Белоруссия», № 20 за 3 февраля 2016 года.



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.