86-й в их судьбах


Есть даты, навечно остающиеся в памяти каждого народа. Как правило, они свидетельство либо исторических побед, либо грандиозных трагедий. 26 апреля 1986 года вошло в историю Беларуси и всех нас как трагедия.

Тема «Человек и Чернобыль» безгранично велика. Можно писать о подвиге первых бойцов-огнеборцев из Брагина и Хойников, которые, ещё не зная, что же случилось на атомной станции, первыми приступили к тушению пожара, о радиоактивном заражении приграничных белорусских районов цезием-137 и стронцием-90, о зоне отселения, где мощность доз излучения в тысячу раз превышала естественный фон, о тех мерах, которые принимались, чтобы свести к минимуму последствия аварии, о средствах, вложенных в различные программы, и т. д. А можно просто послушать воспоминания людей, что прошли дорогами Чернобыля, выжили и сделали всё, что требовал от них долг ликвидатора. Сегодня я хочу рассказать о тех, кто побывал там, и их постчернобыльских судьбах.

Испытание радиацией

Последствия аварии на ЧАЭС ликвидировали командированные в зону специалисты различных отраслей народного хозяйства некогда большой страны, в том числе и военнослужащие, находящиеся на действительной военной службе и призванные из запаса. В числе таковых был и поставчанин Владимир Романович — монтёр пути IV разряда.

Когда рванул Чернобыль, его как воина запаса призвали в полк гражданской обороны. Полгода он с товарищами по подразделению, укомплектованному спецтехникой по штатам военного времени, занимался дезактивацией заражённой радионуклидами местности в районах отселения Гомельской области: снимали широкие пласты «горящей» почвы бульдозерами, которую на самосвалах увозили в специальные могильники, засыпали песчано-гравийной смесью водные протоки, чтобы не дать радиации попасть в крупные реки, распыляли специальную жидкость на полях и т. д. Всех работ и не перечесть. Трудились сутками напролёт, не считаясь со временем и не заботясь о своём здоровье. Довелось видеть многое.

Владимир Дмитриевич за свой самоотверженный труд награждён нагрудным знаком «Участнику ликвидации аварии на ЧАЭС», грамотой, имеет ряд других поощрений. Когда вернулся в свой коллектив, с не меньшим усердием продолжал трудиться на железной дороге. Без отрыва от производства окончил Оршанский техникум железнодорожного транспорта и в 1993 году после успешной сдачи испытаний был назначен бригадиром пути в этой же бригаде. Под его руководством бригада по многим показателям занимала ведущие позиции в околотке.

Со временем полученные за время той командировки дозы радиации стали давать о себе знать, и в 2004 году В. Д. Романович вышел на пенсию по состоянию здоровья. После перенесённой тяжёлой операции стал инвалидом I группы. В семью ворвалась ещё одна беда — трагически погиб сын. Однако Владимир Дмитриевич и это пережил. Он бодр, как и прежде, живо интересуется политикой и жизнью железнодорожного транспорта.

В зоне отчуждения

В апреле 1986 года радиоактивному загрязнению подверглась почти четверть территории Беларуси — особенно Гомельская, Могилёвская области и частично Брестская. Был нанесён урон сельхозугодьям, в опасной зоне оказались месторождения минерально-сырьевых ресурсов, около 25% лесного фонда и сотни промышленных предприятий. Среди населения, проживавшего в 30-километровой зоне от ЧАЭС, начала проводиться работа по эвакуации из заражённой местности. Съезжали кто к родственникам, кто — к знакомым и близким, оставляя всё или почти всё нажитое. Брошенные на произвол судьбы строения, домашняя утварь и мебель, другие материальные ценности, природные богатства оставались в зоне отселения без надзора, как бы ничьи. И нечистые на руку люди рванули туда с целью поживиться. А лесные массивы! Беда чёрной тенью легла на места, поросшие строевым лесом, с уникальной флорой и фауной. Вот сюда, в эти благословенные прежде места, и устремились так называемые грибники, ягодники, охотники и рыболовы. Их добыча тут же оказывалась на рынках больших городов.

Для того чтобы не допустить распространения заражённых продуктов, нанесения вреда природе, сохранить и защитить её самобытность для себя и потомков, и направили в зону отчуждения милицейские подразделения. Это была задача государственной важности, ответственное поручение для тех, кто носил форму и погоны.

В числе многих там нёс службу и офицер транспортной милиции, наш земляк Игорь Петрович Трофимов, которому довелось дважды побывать в зоне отчуждения. В те времена ещё не было МЧС, и милиционеры осуществляли профилактику лесных пожаров, вели борьбу со стихийной вырубкой леса, его вывозом, производством пиломатериалов, их спекулятивной реализацией. По службе у Игоря Петровича были дозоры, патрулирование, погони и задержания — весь «набор» того, что сейчас, 30 лет спустя, крутят по телевидению, как боевики (а вообще, многие милицейские протоколы и легли в основу их сценариев).

Те, кому довелось побывать в чернобыльской зоне, помнят контрольно-пропускные пункты. Такие КПП устанавливались не только на центральных, но и на местных, даже лесных, дорогах, потому что оставленные людьми деревни становились объектами пристального внимания «самосёлов». Как правило, в них самовольно заселялись бывшие не в ладах с законом, опустившиеся бродяги, бомжи и т. д. И с ними также приходилось работать милиционерам. Игорь Петрович вспоминал, как в оставленной деревне встретил двух пожилых людей. Оказалось, они уехали в город к детям, но не прижились там и вернулись в свой дом. «Здесь жили, здесь и умирать будем!» — заявили.

После службы И. П. Трофимов устроился на работу в Воропаевскую дистанцию пути, где и отработал до конца декабря 2015 года. В дистанции являлся самым опытным оператором дефектоскопной тележки, настоящим кладезем знаний и опыта. Сколько остродефектных рельсов выявил за почти четверть века трудовой деятельности на дороге! А это ведь безопасность движения. Вместе с женой Валентиной Александровной активно участвовал в дистанционной художественной самодеятельности. Они становились лауреатами конкурсов в отделении дороги Витебска, первенствовали в Минске, за что награждены дипломами, грамотами, призами.

Однако командировки в Чернобыль, увы, не прошли бесследно. У Игоря Петровича последние годы стало сдавать здоровье. Даже оперативное лечение не дало эффекта. В 2015 году И. П. Трофимов не прошёл медкомиссию (а она у железнодорожников такая же строгая, как и у лётчиков), получил инвалидность и был вынужден в 58 лет оставить работу и уйти на пенсию. Когда этот материал уже был подготовлен к печати, пришла печальная весть — жизнь Игоря Петровича Трофимова оборвалась.

Реанимация колхозных ферм

В июле 1986 года ещё один наш работник, дежурный по переезду Иван Аркадьевич Молчун, был направлен в служебную командировку для того, чтобы провести тщательную дезактивацию и дезинфекцию сельскохозяйственных построек. До этого он лет тридцать крутил баранку почти всех отечественных машин, что выпускал советский автопром. И в той командировке Иван Аркадьевич в числе других трудился водителем на дезинфекционно-дегазационной передвижной установке в совхозе «Судково» Хойникского района. В течение целого месяца за день приходилось проезжать по району 200—250 километров по заражённой местности и пыльным дорогам. Жили на центральной усадьбе совхоза, работали на фермах, обрабатывая строения формалином, известью, содой и т. д. Так надышатся всем этим за день, что кусок в горло не лез.

Особенно запала в память нежилая, но очень большая деревня Бабчин в 80 километрах от ЧАЭС, которая тянулась вдоль дороги. Были там почта, школа, магазин, клуб, ФАП, библиотека. Окна где забиты, где — нет, многие стёкла разбиты, всё покрыто слоем радиоактивной пыли. Эта мёртвая деревня вызывала чувство нереальности. Представлялось, как в мае 86-го в срочнейшем порядке вывозили оттуда «всего на недельку-другую» более семисот её жителей. Когда учёные сделали в деревне замер, то ужаснулись: на головы её жителей высыпалось от 30 до 70% от всех радионуклидов, выпавших на остальную часть Беларуси, что подверглась атаке случившегося ядерного катаклизма. Так что долго они там не задерживались, а проезжали на повышенной скорости. Теперь эта деревня — центр Полесского радиационно-экологического заповедника.

Иван Аркадьевич трудился на предприятии добросовестно и старательно, за что неоднократно поощрялся грамотами, подарками, благодарностями. Следил за своим здоровьем, периодически оздоравливался в отраслевом санатории-профилактории. Однако в 2008 году, как и герой предыдущего рассказа, не прошёл медицинскую комиссию, получил инвалидность и в 58 лет ушёл на пенсию. Теперь выращивает на приусадебном участке плодовоягодную продукцию, активно участвует в воспитании внуков.

Л. СЕМЕНАС,

бывший начальник

участка Воропаевской дистанции пути, майор запаса,

участник ликвидации катастрофы

на Чернобыльской АЭС в 1986 г.



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.